Загрязнение гидросферы

Tpeтьим эффектом энергосбережения является сохранение гидросферы. Беларусь имеет густую речную сеть, десятки тысяч водоемов, озер разно

Подробнее

Направления по устранению экологических последствий

Потребление ископаемых видов топлива в мире возрастает. В XXI в. в технически развитых странах потребление энергии возрастет в 6-7 раз, каж

Подробнее

Нерешенные проблемы безопасности

Сооружение АЭС сегодня, к сожалению, связано с нерешенными проблемами безопасности, с вероятным риском катастроф, чреватых глобальными

Подробнее

Загрязнение воздуха

В крупных городах доля загрязнения воздуха автотранспортом достигает 70-80% от общего уровня загрязнения, что сильно сокращает среднюю п

Подробнее

Токсичные выбросы

В настоящее время электростанции Беларуси работают на мазуте и природном газе, при сжигании которых в атмосферу поступают газообразные

Подробнее

Контакты

Город: Липецк
Улица: Гагарина, 110
Телефон: +7 (4742) 30-70-02
E-mail: mail@energybalance.ru

Опрос

Считаете ли вы солнечную энергию безопасной?



Очерк истории современного использования торфяных ресурсов России

Индекс материала
Очерк истории современного использования торфяных ресурсов России
Структура топливного баланса
Объем потребления видов топлива
Сырьевые базы
Использование торфа в сельском хозяйстве
Объемы торфяного производства
Сырьевая база
Балансовые запасы торфа
Место торфяных ресурсов
Условия конкурентоспособности местного торфяного топлива
Факторы экологической безопасности
Экологические достоинства торфяного топлива
Факторы, ограничивающих восстановление и развитие производства в отрасли
Все страницы

Торфяные ресурсы России, составляющие 162,7 млрд. тонн торфа 40% вл., или примерно 40% его мировых ресурсов, широко, хотя и неравномерно, распространены по территории страны, в основном – по ее северной половине.

Благодаря обеспеченности торфяными ресурсами и экономическим предпосылкам, добыча торфа в России возникла еще в XVII в. и медленно расширялась в течение всего XIX в, особенно – после отмены крепостного права, стимулировавшей капиталистическое развитие страны. Однако, только начиная с 20-х годов истекшего столетия, развитие добычи торфа ускорилось настолько, что привело к формированию торфяной промышленности как отрасли экономики страны.

Вначале это было обусловлено резко возросшей ролью торфа как надежного и экономичного местного топлива для семи новых тепловых электростанций общей мощностью 150 МВт, предусмотренных Государственным планом электрификации России (планом ГОЭЛРО) к строительству в промышленно-развитых областях европейской части страны. Впоследствии число электростанций на торфяном топливе увеличилось еще в несколько раз и достигло к 1965 году по России – 35, а по СССР в целом – 58.

Это строительство продолжалось до 70-х годов, когда в строй были введены последние и наиболее крупные электростанции на торфе: построены три новых ГРЭС мощностью по 600 МВт и на такую же мощность расширена одна действующая ГРЭС.


Следует заметить, что еще с начала 30-х годов структура топливного баланса электростанций начала изменяться в сторону преобладания угля, однако эти структурные изменения еще длительное время сопровождались ростом объемов потребления торфа (при сокращении его доли в балансе). Но когда в 70-х годах наиболее высокими темпами стало развиваться производство и энергетическое использование природного газа, нефтетоплива и угля открытой добычи, это не только ускорило процесс относительного вытеснения торфа из топливно-энергетического баланса, но привело и к абсолютному сокращению объемов его использования на электростанциях.

Так, если доля торфа в топливном балансе электростанций СССР с 13,1% в 1923 году поднялась к 1928 году до максимума – 41,4%, то в 1940 году она составила уже только 20%, а к 1985 году упала до 9,2%. Но и при указанной отрицательной динамике соответствующие объемы потребления торфа увеличивались до 1970 года (27,9 млн. т), и только затем начали сокращаться – до 14,8 млн. т в 1980 году и до 5,5 млн. т – в 1985 году.

Другое направление использования торфяного топлива – коммунально-бытовое – также в разные периоды подвергалось изменениям под воздействием ряда факторов. Из них определяющее влияние, как и в предыдущем случае, оказывали осуществлявшиеся в плановом порядке структурные изменения топливно-энергетического баланса страны.

Следует отметить, что в целом эти изменения носили прогрессивный характер, т.к. привели к расширению централизованного теплоснабжения от ТЭЦ и районных котельных населения городов и других населенных пунктов, а также к широкому охвату жилых домов газификацией. Однако и при этих процессах, сужающих сферу коммунально-бытового потребления твердого топлива в быту, она сохранилась, и к началу 90-х годов охватывала в стране более 40 млн. чел, проживающих в домах с децентрализованным (главным образом, печным) отоплением. Топливоснабжение этой группы потребителей осуществляется поставками, в основном, угля, а также дров и торфяного топлива.


В общем объеме потребления указанных взаимозаменяемых видов топлива их соотношение определяется сравнительной эффективностью с учетом ограничений со стороны ресурсной обеспеченности и производственно-технического потенциала каждого из них.

На место торфа в балансе твердого коммунально-бытового топлива, кроме того, оказали влияние еще два специфических внутриотраслевых фактора.

Первый из них характеризовался тем, что расширение добычи торфа наиболее производительным фрезерным способом сопровождалось, начиная с 50-х годов, таким сокращением добычи кускового торфа, которое не ограничилось сферой его промышленного использования (что было бы экономически оправданным и достаточным), но привело почти к полному прекращению его добычи. Так, если с 1922 года, когда добывался только кусковой торф(резным, элеваторным и гидравлическим способами) годовой объем его добычи в СССР составил 2,15 млн. т, он вырос к 1950 году до29,7 млн. т, т.е. почти в 14 раз и составлял еще преобладающую долю общей добычи торфа (79,6%), то уже в 1975 году те же показатели составляли только 4,5 млн. т, или 2,1%, а к концу 80-х годов – 0,2-0,3 млн. т, или менее 1%. Весь кусковой торф использовался отопительными котельными или в качестве печного топлива населением. Однако сократившиеся его объемы были уже многократно ниже той доли общей потребности в коммунально-бытовом топливе, эффективное покрытие которой местным кусковым торфом, могло быть обеспечено торфяными ресурсами.

Второй фактор относился к другому виду торфяного коммунально-бытового топлива – торфяным брикетам.

Появление фрезерного торфа, в противоположность своему влиянию на развитие добычи кускового торфа, стимулировало расширение торфобрикетного производства, технологически адаптировав к нему  его сырьевую базу. Первый в России крупный завод по производству топливных брикетов из фрезерного торфа был построен в 1937 году, после чего брикетирование торфа получило широкое распространение. К середине 80-х годов в СССР действовало уже более 120 торфобрикетных заводов общей мощностью до 5 млн. тонн брикетов в год, в том числе в Российской Федерации – более 1,5 млн. тонн. Расширение торфобрикетного производства сопровождалось освоением различных технологических схем и совершенствованием оборудования.


Однако к этому времени сырьевые базы большей части торфобрикетных заводов, базировавшихся на ближайших к ним (в рамках одного предприятия) торфяных месторождениях, сложенных торфяной залежью низинного типа высокой степени разложения, были  уже  существенно истощены. Освоение же отдаленных месторождений было экономически неэффективно. В ту же сторону действовала и перспектива перехода к брикетированию торфяной залежи с пониженной качественной характеристикой. Началось снижение годовых объемов выпуска брикетов в России.

Наконец, кроме рассмотренных обстоятельств, снижению производства торфяного топлива существенно способствовало с конца 60-х годов планирование наиболее высоких темпов роста добычи торфа для сельского хозяйства. Не вдаваясь в детали этого направления, выходящего за пределы обсуждаемой здесь проблемы местных энергоресурсов, необходимо отметить только основные причины указанного поворота в планировании добычи торфа. Прежде всего, это – растущая недостаточность гумуса в почвах нечерноземной зоны страны и ограниченность ресурсов органики, образующихся в самом сельскохозяйственном производстве, не позволяющая без привлечения торфа достигнуть бездефицитного (минимум) баланса гумуса в почве.

Кроме того, наиболее высокую и устойчивую эффективность химизации земледелия способно обеспечить использование не одних лишь минеральных удобрений, а в сочетании с органическими, важным компонентом которых является торф. (Заметим, что актуальность указанных задач к настоящему времени отнюдь не уменьшилась).

В результате добыча промышленными торфопредприятиями торфа для сельского хозяйства к 1988 году выросла до 45,4 млн. тонн, а топливного торфа, напротив, снизилась до 9,6 млн. тонн. Общая промышленная добыча в том году составила, таким образом, 55 млн. т торфа. Еще 62,7 млн. т торфа для сельского хозяйства добыли организации по его агрохимическому обслуживанию и мелиорации.


Однако приобретение и использование торфа сельскохозяйственными предприятиями производилось за счет средств, выделяемых на эти цели из госбюджета. И когда после 1988 года они начали все более ограничиваться (а затем были вообще отменены), объемы реализации торфа сельскому хозяйству, а затем и его добыча начали быстро сокращаться.

Добыча торфа по России за десятилетие 1981-1991 гг. снизилась: для сельского хозяйства – в 2,8 раза, на топливо – в 7,8 раза и в целом – в 3,2 раза.

В последующие годы (начиная с 1992-го) факторами дальнейшего сокращения производства в торфяной промышленности России стали и в основном остаются:

-    снижение платежеспособного спроса на торф и продукты его переработки, вызванное их резким удорожанием в условиях роста цен на все виды потребляемых ресурсов, высоких норм налоговых отчислений и ставок платы за кредит;

-    взаимные неплатежи и сложное финансовое положение ряда торфопредприятий;

-    отток производственного персонала торфопредприятий на фоне сокращения добычи и переработки торфа;

-    прекращение выпуска нового оборудования для отрасли на перепрофилируемых машиностроительных заводах, отсутствие его поставок, сокращение парка оборудования, еще имеющегося на торфопредприятиях, продолжающееся его старение и износ;

-    продолжающееся ухудшение состояния ранее разрабатывавшихся, а впоследствии неиспользуемых болотных производственных площадей, что ведет к росту инвестиций, требуемых для их расконсервации.

Кроме того, сокращение добычи и переработки торфа, удорожая единицу продукции за счет условно-постоянных расходов и, поэтому, ограничивая реализацию продукции – тем самым способствует своему дальнейшему сокращению. Именно такое влияние оказывало и содержание жилых поселков с объектами коммунально-бытового хозяйства торфопредприятий там, где оно сохранялось за счет их основного производства.

Хотя последствия удорожания торфяной продукции заставляют торфопредприятия искать пути экономии средств на единицу продукции, однако основное направление такой экономии – технический прогресс – требует инвестиций, собственными источниками которых торфопредприятия не располагают. Государственные же инвестиции на эти цели, как и на строительство новых торфопредприятий, были резко сокращены, и это произошло в период, когда еще сохраняется в основном их непривлекательность для негосударственных инвесторов.

К настоящему времени объемы торфяного производства в стране уменьшились дополнительно до уровня, характеризуются следующими показателями за 2000 год (по учету ОАО «Ростоппром»): добыча торфа – 2,6 млн. т, из них топливного торфа – 2,0 млн. т (в том числе кускового 0,06 млн. т) и торфа для сельского хозяйства – 0,6 млн. тонн. Объем производства торфяных брикетов на 14 торфобрикетных заводах – 79,1 тыс. тонн.

Сохранение даже только на ближайшие годы существовавших до сих пор тенденций деградации торфяной промышленности привело бы к невозможности для еще действующих торфопредприятий продолжать воспроизводственный процесс, то есть поставило бы их перед реальностью банкротства.


Тем более очевидным становится резкое несоответствие между современным состоянием торфяной промышленности России и ее уровнем, который не только необходим в условиях рыночной экономики и рационального природопользования, но и возможен.

Объективные предпосылки имеются не только для стабилизации торфяного производства, при его нынешнем низком уровне явно недостаточной, но и для его развития.

Разумеется, в результате действия в течение 90-х годов перечисленных факторов, сохраняющихся во многом и в настоящее время, стартовые условия развития торфяной промышленности в России значительно осложнились. Однако было бы ошибочным полагать, что они сохраняться без изменений на будущее и не учитывать новых тенденций, определяющих динамику добычи и энергетического потребления торфа. Это, прежде всего, возобновление заинтересованности в торфе традиционных основных потребителей – электростанций, построенных для работы на данном виде топлива. Имеются предложения об увеличении поставок торфа на ряд электростанций в энергосистемах: Мосэнерго (Шатурская ГРЭС), Ленэнерго (ГРЭС № 8), Тверьэнерго (ТЭЦ № 4), Костромаэнерго (Костромская ТЭЦ), Кировэнерго (ТЭЦ № 3 и № 4).

Одновременно, для удовлетворения спроса на местное бытовое топливо в регионах, располагающих ресурсами торфа, намечаются и осуществляются меры по организации и расширению его добычи. (Заметим попутно, что платежеспособный спрос сельского хозяйства на торф пока, в отличие от спроса на топливный торф, почти не растет).

Опираясь на эти тенденции ОАО «Ростоппром» разработал предложения, переданные в Минэнерго России для включения в состав «Энергетической стратегии России на период до 2020 года». В указанных предложениях учтены также следующие обстоятельства.


1.    Сырьевая база промышленной добычи торфа на ближайшие 20 лет, выделенная из общих торфяных ресурсов страны, ограничена запасами торфа на месторождениях площадью не менее 10 га, разведанных по категориям А+В+С1+С2 (37,3 млрд. тонн) и, в их числе, балансовыми запасами в пределах целевого промышленного фонда (т.е. за вычетом сохраняемого и мелиоративного фондов), составляющими 30,8 млрд. тонн торфа 40%-ной влаги.

Балансовые запасы торфа размещены на территории страны весьма неравномерно: в Европейской части сосредоточено 34,9%, на Урале и в восточных районах – 65,1% их общей величины. Наиболее обеспечены ими экономические районы: Западно-Сибирский (52,4%), Северный (17,5%) и Уральский (12,7%); существенно истощены запасы торфа в традиционных районах торфодобычи: Центральном (6,4%) и, особенно, Волго-Вятском (2,4%). Показатели обеспеченности указанными запасами, характеризуемые периодом (числом лет), в течение которого на их базе может производиться добыча торфа в прогнозируемых объемах, определены по экономическим районам, исходя из двух предположений: 1) о выполнении до 2020 года прогнозов расширения энергетического использования торфа, 2) о доведении общей добычи торфа для сельского хозяйства до уровня потребности в нем, соответствующей бездефицитному балансу гумуса в почве.


Согласно расчетам, балансовые запасы торфа достаточны для выполнения до 2020 года прогноза добычи топливного торфа  во всех регионах, где она намечается, и добычи торфа для сельского хозяйства – везде за исключением Центрально-Черноземного и Поволжского экономических районов, где запасы торфа уже теперь крайне ограничены и будут выработаны до 2020 года. На более отдаленный, начиная с 2021 года, период обеспеченность балансовыми запасами добычи торфа (условно на уровне 2020 года) довольно ограниченна только по старым торфодобывающим районам – Центральному (в среднем 40-45 лет) и Волго-Вятскому (10-12 лет). По всем остальным экономическим районам она превышает 100 лет, в большинстве случаев – многократно. В дополнение к сказанному следует учитывать два обстоятельства.

Во-первых, обеспеченность, определенная в среднем по отдельным экономическим районам, дифференцирована по областям и республикам, а в их составе и по топливным базам, что позволяет обоснованно включить в прогноз объекты, наиболее обеспеченные торфяными ресурсами.

Во-вторых, полученные периоды обеспеченности достоверны, т.к. определены на основе разведанных запасов торфа. Однако почти во всех рассмотренных регионах имеются перспективы ее увеличения – с учетом ресурсов, пока еще прогнозно изученных.

Таким образом, торфяные ресурсы позволяют обеспечить в ряде регионов расширение добычи и энергетического использования местного топлива – торфа.


2.    Значительное и иногда даже ведущее место торфяных ресурсов в структуре топливно-энергетических ресурсов ряда регионов в Европейской части страны (Республика Карелия, Архангельская, Вологодская, Костромская, Тверская, Псковская области и др.) позволит торфяной промышленности  и использованию торфа занять заметное место в ТЭК таких регионов. Это позволит уменьшить зависимость от поставок энергоресурсов и энергии извне, повысить надежность топливо- и энергоснабжения и энергетическую безопасность рассматриваемых регионов за счет:

-    появления в региональных топливно-энергетических балансах дополнительного местного топливного ресурса – торфа;

-    простых транспортных схем и сравнительно коротких расстояний поставки торфа на электростанции и котельные;

-    надежности технологического процесса производства торфяного топлива, предусматривающего обязательность создания в благоприятные сезоны резервов готового торфа, использование которых позволяет обеспечить бесперебойность и полноту его поставок независимо от колебаний погодных условий добычи;

-    вытеснения из региональных топливно-энергетических балансов тех видов топлива, поставки которых отличаются повышенной дальностью, ненадежностью и стоимостью.

3.    Расчетами, выполнявшимися в разные периоды времени, многократно доказана конкурентоспособность торфа с дальнепривозными углями разных бассейнов в широком диапазоне региональных и местных условий потребления топлива. Конкурентоспособность торфа, наибольшая при его использовании потребителями, расположенными в непосредственной близости к местам добычи, сохраняется и при железнодорожных внутриобластных и даже межобластных поставках торфа на расстояния до 300-400 км. Конкурентоспособность топливного торфа при прочих равных условиях увеличивается по мере удаления регионов и пунктов его потребления от угольных бассейнов, т.е. по мере движения от Западной Сибири и Урала к Европейскому Северу и Северо-Западу.


В связи с более интенсивным удорожанием угля и ростом железнодорожных грузовых тарифов к настоящему времени условия конкурентоспособности местного торфяного топлива с дальнепривозными углями улучшились. Более того, судя по предложенному институтом энергетических исследований Российской академии наук (ИНЭИ РАН) прогнозу сопоставимых (в долл США/тут.) цен на энергоресурсы до 2020 года, конкурентоспособность торфа, доказанная по сравнению с углем, вполне возможна и с мазутом. Поэтому расширение использования торфа в пределах ареалов его рационального распространения будет способствовать росту экономической эффективности использования топливно-энергетических ресурсов, как у отдельных потребителей, так и по соответствующим регионам в целом.

Поскольку энергоемкость добычи торфа ниже, чем угля, а доля транспортных затрат и их топливно-энергетической составляющей в цене дальнепривозного угля у потребителей выше, чем в сопоставимой цене торфа, расширение его использования и вытеснение менее экономичных углей будет сопровождаться ростом не только эффективности, но и энергосбережения.

4.    Развитие торфяной промышленности прогнозируется, и будет осуществляться с обязательным учетом природоохранных ограничений и требований, направленных  на обеспечение экологической безопасности в зонах влияния разработки торфяных месторождений на состояние окружающей среды.

Прежде всего, сам целевой промышленный фонд разведанных торфяных ресурсов, которым ограничен отбор торфяных месторождений для разработки, сформирован за вычетом болот непромышленного назначения, в том числе – сохраняемых в естественном состоянии и имеющих тот или иной статус природоохранных объектов.

Кроме того, при по объектном прогнозировании и проектировании данные распределения торфяных ресурсов по целевым фондам дополняются всесторонней характеристикой каждого отобранного торфяного месторождения, которое, в случае обоснования его особой экологической ценности, подлежит сохранению в естественном состоянии, и примерно равноценно замене в качестве потенциального объекта промышленной разработки.


Существенным фактором экологической безопасности является сохранение с этой целью в каждом природном регионе площади неосушенных болот, которая, в соответствии с действующими методическими указаниями, должна составлять не менее 10-15% площадей всех болот, включая прогнозное изученные.

В этой связи следует отметить:

-    во всех регионах, включая традиционно торфодобывающие, доля общей площади неосушенных болот значительно превышает указанную минимально-допустимую величину;

-    развитие добычи торфа до 2020 года (для всех видов использования) прогнозируется в основном на базе ранее осушенных болот и разрабатывавшихся площадей, подлежащих расконсервации, что почти не приведет к сокращению в этот период площадей неосушенных болот;

-    в отдельных регионах, где прогнозируется начало развития энергетического использования торфа – в Республике Карелия и Архангельской области – общая площадь болот, осушенных для всех целей, прогнозируется в пределах 14% и 8%, а неосушенных – соответственно не менее 86% и 92%.

Наконец, в соответствии с Водным Кодексом РФ после выработки запасов торфа, отработанные площади подлежат в большинстве случаев вторичному обводнению, что должно создать природные условия для начала восстановления болот. Поэтому, прогнозируемое на период до 2020 года развитие торфяной промышленности не приведет к нарушению экологической безопасности в регионах развития добычи торфа.


В дополнение к сказанному, следует указать на экологические достоинства торфяного топлива: на меньшую, чем у многих марок угля, зольность и крайне незначительное содержание серы. Благодаря этому расширение сжигания торфяного топлива взамен угля на электростанциях, в котельных и в бытовых печах позволит уменьшать объемы твердых отходов и выбросов в атмосферу и уменьшить загрязнение окружающей среды.

Годовые объемы добычи топливного торфа, соответствующие потребности в нем по прогнозируемым направлениям его энергетического использования, приводятся ниже:

-    для замены торфом дальнепривозных и более дорогих углей на действующих электростанциях, запроектированных и построенных для работы на торфяном топливе, предлагается расконсервировать производственные болотные площади и восстановить на них добычу фрезерного топливного торфа в объеме 15 млн. тонн (в настоящее время мощность по добыче торфа 19 млн. т используется только на 14%);

-    для топливообеспечения предлагаемых новых ТЭЦ мощностью по 20-30 МВт и котельных в торфообеспеченных и энергодефицитных северных регионах – в Республике Карелия и Архангельской области предлагается добыча местного торфа, в объемах от 1,5 до 2,3 млн. тонн;

-    добыча кускового торфа для расширения его использования как местного коммунально-бытового топлива должна вырасти до 3 млн. т, а восстановление и развитие производства торфяных брикетов - до 950 тыс. тонн (с потребностью в торфе до 2 млн. т).

Таким образом, полному достижению предлагаемого расширения энергетического использования торфа соответствует доведение его добычи до 22 млн. тонн в год, положенное в основу I (максимального) варианта прогноза на 2020 год.


Вместе с тем, с учетом вероятности сохранения в определенной мере факторов, ограничивающих восстановление и развитие производства в отрасли (недостаточность инвестиций, недостаточность платежеспособного спроса на торфяное топливо и др.) реальным представляется и II (минимальный) вариант прогноза добычи 11 млн. т топливного торфа на 2020 год.

Расширение добычи и энергетического использования торфа до 2020 года прогнозируется на уже существующей технологической базе с применением оборудования, выпуск которого ранее был освоен промышленностью.

Вместе с тем, существует ряд научно-технических проблем, решение которых в дальнейшем может существенно повлиять на направления, масштабы и эффективность производства и использования торфа, в том числе – в энергетике. Поэтому такие проблемы в качестве объектов научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР)  актуальны именно теперь.

Не затрагивая здесь тех из них, связь которых с топливно-энергетическим комплексом является отдаленной и косвенной, следует указать только на следующие направления НИОКР, непосредственно связанные с перспективами энергетического использования торфа:

-    технологический процесс добычи торфа-сырца с последующим его искусственным обезвоживанием. Эффективность производства и использования торфа, в том числе в энергетике, будет возрастать по мере продвижения добычи торфа на северные территории;

-    технология и оборудование для круглогодичного производства торфяного топлива в мерзлом состоянии в зимнее время. Эти разработки, как и предыдущие, направлены на преодоление сезонности торфяного производства и расширение ареала его распространения;

-    адаптация торфобрикетного производства к менее качественному торфяному сырью, обусловленная выработкой прежних сырьевых баз и переходом на разработку не только отдаленных, но нередко и худших по качеству залежи торфяных месторождений;

-    освоение производства топливных брикетов на основе смесей торфа с другими горючими материалами, а также высококалорийного экологически чистого бытового торфяного топлива – термобрикетов;

-    восстановление на современной технической основе газификации торфа, восстановление и доведение до промышленного освоения энерготехнологического использования торфа, основанного на его термическом разложении.

Решение перечисленных проблем, требующее возобновления научных исследований и разработок, позволит сделать более значимой роль торфяной промышленности в топливно-энергетическом комплексе страны.

Grundfos ups с гайками циркуляционный насос насосы grundfos цена.

Инструмент энергетической политики

News image

Государство может установить льготные энергетические тарифы для отдельных предприятий, продукция кот...

Светлое будущее

News image

Большую поддержку CSP получили от международной группы учёных и инженеров, называемой «Trans-Mediter...